Первым делом я внимательно наблюдаю за командной динамикой, чтобы понять, проявляется ли токсичное поведение систематически или это единичные случаи. Важно отделить личные конфликты от поведения, которое реально влияет на продуктивность и мораль команды. Я фиксирую конкретные примеры, чтобы разговоры строились на фактах, а не на субъективных впечатлениях.

Индивидуальная беседа

Я провожу приватную беседу с сотрудником, чтобы обсудить замеченные моменты. В разговоре я стараюсь оставаться объективным и не переходить на личности: описываю конкретные ситуации, объясняю, как они влияют на команду и результаты работы, и спрашиваю, как человек сам видит ситуацию. Это помогает выявить причины поведения: стресс, недопонимание процессов, личные проблемы или осознанная деструктивность.

Установление ожиданий

После обсуждения я четко формулирую ожидания относительно поведения, командных норм и стандартов коммуникации. Я договариваюсь с сотрудником о конкретных изменениях, которые он должен внедрить, и устанавливаю контрольные точки для отслеживания прогресса.

Поддержка и коучинг

Если проблема связана с недостатком навыков коммуникации или управления эмоциями, я предоставляю ресурсы и поддержку: рекомендую тренинги, предлагаю регулярные мини-коучинги или подключаю HR для совместной работы. Цель — помочь сотруднику адаптироваться, а не сразу прибегать к санкциям.

Мониторинг и корректировка

Я продолжаю наблюдать за динамикой в команде, собираю обратную связь от коллег, оцениваю изменения в поведении. Если позитивных изменений нет, обсуждаю с HR и руководством дальнейшие шаги: более строгие меры или перераспределение обязанностей.

Работа с командой

Параллельно я поддерживаю атмосферу открытости и доверия внутри команды, чтобы другие участники видели, что проблемы решаются конструктивно и справедливо. Это помогает минимизировать негативное влияние токсичного поведения на мораль остальных.

Превентивные меры

В дальнейшем я стараюсь создавать прозрачные процессы коммуникации и четкие правила работы в команде, чтобы снижение конфликтов и недопониманий происходило на ранних стадиях, а токсичные проявления не имели возможности закрепляться.